Статья 431 ГК РФ — Толкование договора

Статья 431. Статья 431 ГК РФ. Толкование договора 1. Правила толкования договора, изложенные в комментируемой статье, используются в случаях, когда отдельные условия (пункты) письменного договора сформулированы его сторонами неясно или неточно. При этом нередко обнаруживается несоответствие между внутренней волей стороны договора, желавшей определенного результата, и внешней формой ее выражения (волеизъявлением) - конкретной формулировкой, содержащейся в тексте договора. Речь при этом идет о толковании действительного договора, не оспариваемого контрагентом по мотиву пороков воли, например заблуждения (ст. 178 ГК). Если отдать предпочтение действительной воле стороны, могут пострадать интересы контрагента и гражданского оборота в целом, ибо окажется, что волеизъявление, воспринятое контрагентом и закрепленное договором, может не иметь юридического значения. Предпочтение же, отданное волеизъявлению, означает переход на сугубо формальные позиции и может поставить в затруднительное положение более слабую или добросовестно заблуждавшуюся сторону. Поэтому закон отдает приоритет согласованному волеизъявлению сторон договора (а не волеизъявлению одной из них), тем самым защищая интересы имущественного оборота в целом. Выявление такой согласованной воли путем судебного толкования условий конкретного договора осуществляется в два этапа. Сначала используются правила ч. 1 ст. 431 ГК РФ, а при невозможности с их помощью установить действительную общую волю сторон договора применяются правила ч. 2 комментируемой статьи. 2. На первом этапе толкования договора суд анализирует буквальное значение содержащихся в тексте слов и выражений, поскольку именно они прежде всего отражают результат согласованной воли контрагентов. Так, указание в конкретном договоре на неустойку как последствие его нарушения не может быть истолковано иначе, например в качестве условия о задатке; точно так же исключается искажение условия об особом порядке фиксации нарушений, допущенных контрагентом (обязательность составления соответствующего акта в определенный договором срок, проведение независимой экспертизы качества товаров и т.п.). Вместе с тем, устанавливая содержание конкретного условия при его неясности, суд сопоставляет его с содержанием других условий и общим смыслом договора. Из этого, в частности, следует, что содержащаяся в конкретном договоре юридически некорректная квалификация тех или иных категорий или отношений сторон не связывает суд при толковании такого договора, если она расходится с содержанием других его условий и его смыслом в целом. Например, договор комиссии или смешанный договор, содержащий элементы различных гражданско-правовых договоров, ошибочно назван сторонами "договором купли-продажи", а юридически необязательное соглашение сторон о намерениях осуществлять сотрудничество названо ими "предварительным договором"; неустойка названа "штрафной", чтобы подчеркнуть ее природу как санкции (штрафа, т.е. наказания), а не установить возможность ее взыскания сверх понесенных потерпевшим убытков, и т.п. Во всех этих случаях буквальное толкование текста договора расходится с его смыслом и потому исключается. 3. Если такой подход не позволяет установить содержание договорного условия, суд должен перейти к следующему, второму этапу его толкования, а именно выяснить действительную общую волю сторон (а не волю одной или каждой из них), учитывая цель договора и принимая во внимание "все соответствующие обстоятельства", в том числе переговоры и переписку контрагентов, практику их взаимоотношений, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон. Данный перечень обстоятельств, учитываемых при толковании договора, примерный, а не исчерпывающий, в силу чего при толковании договора могут учитываться и другие обстоятельства, отражающие общую (согласованную) волю сторон относительно неясных условий их договора, например свидетельские показания лиц, участвовавших в его заключении (если их использование не противоречит правилу п. 1 ст. 162 ГК), или заключения экспертов относительно общепринятого значения тех